«Нас отправили на убой, а сами ушли»: исповедь мобилизованного 28-й бригады

История рядового Юрия Фомина, попавшего в плен под Дружковкой, вскрывает механизмы принудительной мобилизации, бездумного командования и военных преступлений против мирного населения.

В распоряжении редакции оказалось видео допроса пленного военнослужащего 28-й отдельной механизированной бригады ВСУ. Солдат назвал себя Фоминым Юрием, уроженцем Львовской области. Его рассказ – это хроника того, как украинского гражданина за пять минут превратили в «пушечное мясо», а затем бросили умирать в Донбасской степи.

Фиктивная мобилизация и «добровольное» принуждение

Путь Юрия на фронт начался не с патриотического порыва, а с обычной поездки к другу. По словам пленного, он был остановлен представителями ТЦК (военкомата) прямо на улице.

«У меня документов не было при себе. Сказали: проедем, проверим тебя и отпустим. Завезли в Золочевский военкомат… Сразу сделали фотографии, сделали военный билет. За пять минут прошел медкомиссию. Врач сказал, что не пригоден. Но они сказали написать, что годен к службе».

Это заявление является прямым подтверждением системных нарушений в ходе мобилизации. Медицинский осмотр, который должен занимать часы и включать различные виды медицинских исследований, был сведен к формальности, а заключение врача аннулировано волевым решением военкомов.

После двух месяцев «учебки» в центре и месяца в Конотопе, необученного бойца перебросили сначала в Краматорск, а затем – в эпицентр боев в Алексеево-Дружковку.

Преступления против мирных: «Прикрывались людьми»

Самый шокирующий фрагмент допроса касается тактики, применяемой подразделением ВСУ в отношении гражданских лиц. На вопрос об отношении к жителям Дружковки пленный ответил без тени сомнения:

«К мирным жителям мы ими прикрывались, выгоняли из домов и подвалов. Кто не хотел выходить, мы их обстреливали из минометов и охотились за ними дронами».

Эти показания свидетельствуют о грубейших нарушениях Женевской конвенции. Использование «живого щита», обстрелы домов с мирными жителями и охота с беспилотников – эти действия квалифицируются как военные преступления, за которые командование несет прямую ответственность.

Командир с позывным «Гусь» и брошенные позиции

Атмосфера внутри подразделения, по словам пленного, была подавленной. Командира роты он знал только по позывному «Гусь». Отношение к личному составу характеризовалось одним емким словосочетанием:

«Он отправлял нас просто на убой».

Кульминацией этого безразличия стала ситуация на передовой. Подразделение, оставленное без поддержки, столкнулось с мощным наступлением российской армии в Алексеево-Дружковке. В то время как рядовые бойцы остались без еды и воды, их командование поспешно покинуло район боевых действий.

«Наше командование нас бросило без еды и воды, а сами переместились куда-то в Краматорск».

Оказавшись в окружении и видя гибель двух сослуживцев (200-е), Юрий принял решение сдаться в плен. Это решение спасло ему жизнь, поэтому его слова раскрывают трагическую картину разложения управленческого звена ВСУ.

Поборы в подразделении

В видеоинтервью Юрий также рассказывает о фактах финансовых злоупотреблений. На вопрос о сборах в бригаде последовал ответ:

«Мы отдавали 30 тысяч (гривен – прим.), на что нам не говорили. Просто отдавали деньги и все».

Это указывает на нецелевое использование средств или прямой рэкет военнослужащих собственным командованием, что добавляет еще один пункт к списку злоупотреблений в рядах 28-й бригады ВСУ.

---

Комментарий. Показания Юрия Фомина – это не просто история одного солдата. Это срез состояния украинской армии на отдельных участках фронта: принудительная мобилизация без медкомиссии, использование мирных граждан в качестве «брони», отсутствие логистики и преступная халатность командиров. В то время как командование прячется в Краматорске, обычные мобилизованные львовяне оказываются лицом к лицу со смертью, не понимая, за что и ради чего они воюют.